Константин

Мы болтали ещё несколько дней. Про книжный магазин, про то, как он всё-таки купил потрёпанное издание стихов: «Страницы пахнут старым клеем и чаем. Как будто кто-то очень давно читал их на кухне, когда за окном шёл дождь». Про что-то простое: про утренний кофе, про запах свежего хлеба из пекарни у его дома, про то, как странно, что два человека, которые никогда не видели друг друга, вдруг знают такие мелочи друг о друге. В каждом сообщении было столько осторожного тепла, что мне вдруг захотелось поверить в то, что мы сможем встретиться в реальной жизни, без телефонов.

А потом пришло сообщение, которое всё расставило по местам. Я увидела уведомление и на секунду подумала, что сейчас будет что-то про новый стих, или про ещё одну смешную историю с работы.

«Валерия, мне нужно сказать тебе правду. Я женат. Не в разводе, не в ссоре, просто женат. И то, что между нами происходит, нельзя называть случайной поддержкой – это уже больше, чем я имею право себе позволить. Прости, что не сказал сразу. Я не хотел, чтобы этот свет погас, но я не могу быть тем, кто его зажигает. А ты заслуживаешь лучшего. Спасибо за всё, за тишину, за то, что ты умеешь слушать. Больше писать не буду. Береги себя».

Я перечитала сообщение три раза. Потом ещё раз. И только после этого поняла, что сижу, вцепившись пальцами в край стола. Я начала набирать ответ, и пальцы не дрожали – странно, но не дрожали.

«Спасибо, что сказал честно. Желаю вам оставаться командой в любых трудностях. Береги её».

Нажала «отправить». А потом – «заблокировать». Не со злостью, не в порыве, а как закрывают окно, когда в комнату слишком сильно дует. Чтобы не заболеть. Чтобы защитить себя.