Глава шестнадцатая

В школе были свои порядки: каждый класс по очереди дежурил на входе в школьный холл и в столовой. Однажды Анжела и Татьяна ушли из столовой, не убрав за собой тарелки. Анжела видела, что в столовой дежурят Женя Шевченко и Влад Соболев. Девочки оставили тарелки «на зло» им. Они были единственные, кто так некрасиво поступил. Другие ребята всегда сами убирали за собой. Анжела и Таня после обеда стояли в классе у доски, и что-то рисовали мелом, была ещё перемена. В класс пришли Лена Наумова и Ирина Коробова и сказали девочкам:

– Сейчас в столовой мы слышали, как Шевченко говорил Соболеву: «Да не Горецкого надо позвать, а Горецкую!» А, что вы сделали?

– Тарелки мы не убрали, – ответила Татьяна. – Сами уберут!

Но у Анжелы сердце «ушло в пятки». В этот момент в их класс своей уверенной походкой зашёл Влад Соболев и сказал девочкам:

– Вернитесь в столовую и уберите за собой.

Анжела и Татьяна послушно отправились обратно в столовую. Они шли впереди, а Влад шёл следом за ними. Тарелки стояли там, где девочки их оставили. В столовой уже было чисто и убрано. Девочки убрали свои тарелки и поспешили удалиться. В узкой двери столовой Влад Соболев преградил Анжеле дорогу. Но она не зря занималась танцами и аэробикой – она была очень пластична – Анжела «просочилась» мимо него, метнув в него гневный взгляд. Его глаза выражали одновременно и извинение, и удивление, и восхищение.

Из дневника Влада:

«Боже мой, какая она всё-таки пластичная! Гибкая и грациозная. Моя девочка начинает привлекать к себе слишком много внимания!»

В конце учебного года в класс Анжелы вошла завуч, и сказала:

– Ребята, 9 мая вся школа пойдёт на торжественный митинг в Ленинский сад. У обелиска погибшим солдатам пройдёт торжественное собрание, посвящённое дню Великой Победы. Некоторые из вас будут читать там стихотворения. Людмила Михайловна раздаст вам тексты.

Стихи достались и Анжеле, и Женьке Громову, и Лене Наумовой, и Ирине Коробовой. Они все читали стихи чётко, громко и без запинок. 9 мая, когда все собрались в Ленинском саду, дождь лил, как из ведра! Было очень холодно, дул ледяной ветер, поэтому, народ решил остаться дома, на митинг собралось очень мало людей. У Анжелы от холода в буквальном смысле зуб не попадал на зуб, её колотило и трясло. Она думала о том, что в такую погоду было бы гораздо лучше надеть шубу, а не плащ! Вдруг Анжела увидела Влада Соболева. Он зашёл в подъезд дома, который находился напротив Ленинского сада, вместе со своим другом. Друг вошёл в подъезд первым. А Влад, обернувшись в дверях, посмотрел на Анжелу, немного подержал дверь открытой, и молча вошёл следом за другом.

Своё стихотворение Анжела прочитала плохо: она никак не могла справиться с дрожащими челюстями. Когда она, наконец, оказалась дома, она долго не могла согреться. И после всех этих водно-ледяных процедур она умудрилась остаться здоровой и не заболеть!

Учебный год закончился, и все ребята весело разошлись и разъехались на летние каникулы. Все любят летние каникулы! Анжела тоже, позабыв обо всём, ничем не утруждала себя летом. Отдыхала, веселилась, каталась на велосипеде, читала только те книги, которые ей хотелось прочитать, играла с подругами в мяч и бадминтон. Они гуляли в своём родном посёлке, и знали все «закоулки». Как-то вечером девочки гуляли все вместе: «ашки» и «бэшки». В какой-то момент к Анжеле подошла Света Горобец и шёпотом сказала ей в самое ухо:

– Анжелка, тебе надо носить другие блузки! У тебя сосочки «торчат», что тебя даже мальчишки разглядывают!

Анжеле стало стыдно. Она крестом сложила руки на груди, и даже подумала о том, что было бы хорошо провалиться сквозь землю.

Из дневника Влада:

«Моя маленькая девочка растёт. Сегодня она со своими подружками играла в бадминтон на детской площадке. От активных движений она раскраснелась, глаза заблестели… А, ветер, оказавшийся прохладным для разгорячённого тела, «поднял» её маленькие грудки, и эти «наливные яблочки» привлекли внимание не только девочек-подружек, но и моих друзей. Серёга Смирнов «плотоядно», оценивающе и как-то бесцеремонно разглядывал мою девочку. Я не хочу ни с кем её делить! И никому её не отдам!»

Девочки из класса «Б» были очень смелыми, даже какими-то отчаянными. Им жизненно необходимо было «нарваться» на какие-нибудь неприятности. Как-то вечером девочки большой компанией гуляли в своём посёлке, и кто-то из них предложил:

– А, пойдёмте к «Барскому» дому? Там и сад есть! Яблоки соберём.

Почему-то эта затея показалась Анжеле не очень хорошей. Но под влиянием «общей массы» она отправилась по тропинке между деревьев и кустов к барскому дому. Когда-то, наверное, здесь действительно жил барин. Вблизи дом показался всем просто огромным! Он был выкрашен в жёлтый и зелёный цвет. Вокруг него царило запустение, вдоль стен выросла высокая трава и крапива. Сада давно уже и в помине не было. В какой-то момент Анжеле почудилось, что дом живой, его стены как будто тяжело вздохнули… Вдруг Юля Кирова сказала:

– А ведь у барина должны были жить люди – прислуга.

– Ну, так, наверное, прислуга и была, – ответила Анжела.

– А, где их тогда хоронили? – спросила Юля.

– Да где-нибудь подальше от дома, – начала вслух рассуждать Анжела. – Например, там, где сейчас стоит клуб.

– Я полезу в дом! – вдруг сказала Юля. – Мне очень интересно, что и как внутри!

Она начала подтягиваться на руках к двери, к которой не вели ступени. На этой стене барского дома вообще не было окон, только одинокая дверь, которая как будто висела в воздухе. Вдруг все услышали чей-то раздражённый голос:

– А ну, пошли отсюда! Тоже мне – девочки! Бандитки! Всё родителям расскажу!

Желание лезть в дом моментально пропало. Девочки быстро «ретировались»: побежали, не оглядываясь, и не разбирая дороги. Добежав до клуба, где уже собиралась молодёжь на дискотеку, они остановились перевести дух. Присутствие людей как-то успокаивало.

– Кто это там на нас «гавкать» начал? – озвучила Юля Кирова вопрос, который все хотели задать.

– Ну, не привидение же! – усмехнулась Анжела. – Сторож какой-нибудь…

Она ничего не знала об истории этого барского дома. Все знают, что есть такой дом, он стоит до сих пор, в нём, правда, никто не живёт, его используют как складские помещения. Кто его построил, кто в нём жил?.. Бог знает.